Главная Вверх Ссылки Пишите  

index.gif (7496 bytes)

Стихотворения

 

Екатерина Симонова

ra2b.gif (1684 bytes)

Усни: ручья уже коснулся рог (исполняет автор - 39 Кб)
Дидона (исполняет автор - 86 Кб)
Единорог, идущий к водопою (исполняет автор - 57 Кб)
Глядя из башни на облака (исполняет автор - 43 Кб)
Забава богов (исполняет автор - 64 Кб)
Звездный танец, пара крыльев
Книга
Она любила смотреть
Еще не юноша, уже не мальчик
Я - Одиночество
Встань на колени, над ручьем склонись
О, маленькая сборщица жасмина!

 


Усни: ручья уже коснулся рог.
И лунные часы вытягивают тени,
И небеса уходят на восток.

Удерживает время только волосок.
И потому, дитя, не ждав - устань и тихо
Перечеркни нетронутый листок.


ДИДОНА
Лампадка перед статуей - и только.
И мраморные губы - не согреть.
Так мелом просто начищают медь,
Не раскалив ее нисколько.

А месяц апельсиновою коркой
Горчит. Что было - будет впредь.
И о тебе молитву петь
Бессмысленно. Гора в волне - восьмеркой.

В железо, в сон! чем в хрупком пепле лет
За каждым, чуть похожим, - в омут, в след,
Простоволосой, слабой, - как придется,

Как в масло - молоко, сбивая слезы в кровь.
Просить "постой", не понимая вновь,
Что тень - не взгляд. И ветер - не вернется.


***
Единорог, идущий к водопою,
Копытом разбивает лед, под месяцем -
Ковшом из серебра и снега.

Но море, только чуть похолодев,
Приносит к черной башне, как и прежде,
Янтарь и голубую соль, и перламутр.

А берег - сад камней - весь в отраженьях,
И я сижу, глаза полузакрыв,
И волосы и рукава ждут ветра.



ГЛЯДЯ ИЗ БАШНИ НА ОБЛАКА
Себя обняв за плечи узкими руками,
Бездумно у окна стою, и сквозь меня
Текут и жимолость, и небо над часами.

И одиночество, с пригоршней тишины,
Здесь приютилось - скорбная Ундина...
О, как давно мы крыльев лишены!


***
Забава богов -
Скитаться и петь,
И тонкость одежд,
И фанфарную медь
На смерть променяв из причуды.

Пристать к пастухам,
Глуповато шутить,
И есть их пахлебку,
И пиво их пить,
Не будучи узнанным всеми.

Беспечно слагать
Цветные стихи,
Но зная, как мысли
Хрупки и тихи,
На стеклах их резать алмазом.

Шагать и шагать
С пустой головой,
Как змеев воздушных,
Неся за собой
Соцветья нечаянных песен.


***
Звездный танец, пара крыльев,
Что еще с тобой нам нужно?
Может быть, гобой да флейты,
Да огни над речкой в ивах.

Ветер, в волосах поющий,
И в глазах - лишь отблеск грусти.
Я не тот, кого ты знаешь,
Ты не та, с кем я танцую.


КНИГА
Будут в книге моей
безмятежно-безмовные,
будто спящие, горы
и закаты, когда все так тихо,
что становится слышно,
как где-то там, вдалеке,
женщина льет молоко из кувшина
в звонкую кружку.
В книге моей будет море
с прибрежною мокрою галькой
и просоленным ветром,
за которым я уплыву,
лишь отчаянье взяв,
точно посох, с собою в дорогу.
В книге моей будет все,
что известно всем вам,
жившим больше меня,
но не видевшим то,
что в древней музыке букв
однажды привиделось мне.


***
Она любила смотреть,
Как на пыльном лезвии дороги
Путники забывают
Усталые следы.
И думала о том, как года
Прольются вне ее стеклянной башни.
Она не верила мостам,
Потому что они соединяют берега,
И училась слушать тишину.
Как птица вьет свое первое гнездо,
Так она неумелыми пальцами
Хотела сплести чью-то историю,
И улыбалась вослед,
Проходя сквозь легенды и летописи.
Она была, как все, кого не бывает.
И только огонь утверждал,
Что дом - там,
Над и за ее горизонтом,
Там, куда уходит солнце.
Она спрашивала горы,
Но те упрямо, как старики,
Говорили только то,
Что привыкли знать.
И однажды вечером,
На закате,
Она разбила все зеркала и ушла.


***
Еще не юноша, уже не мальчик,
Мой принц песка и пирамид,
Высокомерный, как египетская кошка.

С улыбкой божества, покинутого всеми,
Ты до сих пор печаль мою хранишь
И раскрываешь книги, точно судьбы.

Мой одинокий властелин иллюзий,
Идущий по воде и облакам,
Ты вспомнил ярость, власть и битвы.

И то, как я тебе давала имя.


***
Я - Одиночество. Плачь врачующий себя. Память
моя - хлеб, делимый на одного. Разум - ворох
страниц, готовых и для сожжения, и для
чужих губ. И душа моя плачет в ладонях.

Я - Пилигрим. Волосы мои забиты песком и
пеплом, а лоб разрезан морщинистой
дорогой. Сточен мой посох, и тяжелы от
усталости ноги, и голос сорван Песней
Судьбы. Взгляни мне в глаза и забудь.

Я - Хранитель. Тот, кто был прежде Слова.
Вместо чернил наполнил я сосуд кровью,
пряной и темной, как боль. Вместо пера
взял стебель розы, - пусть шипы впиваются
в плоть, - только я крепче сожму пальцы.
Вместо молитвы промолчал одно -
единственное имя. И на страницах
печали начал писать Книгу.

Книгу, которая и есть Я.


***
Встань на колени, над ручьем склонись
И, волосы случайно по воде рассыпав,
Горсть зачерпни и выпей:
С холодной горечью, с кедровостью смолистой
Осеннее причастие прими.
Прислушайся чуть к шорохам
Рыбешек и камней
И, оборвав - для радости -
Последние рябиновые гроздья,
Вверх по течению ступай,
Ведь там ждет тишина...
Спеши, послднее Дитя, спеши!


***
О, маленькая сборщица жасмина!
Плыви по Реке,
Не различая,
Где вода и где небо,
Не зная,
В лодке ты или в облаках.
Захватывай из передника
Серебряные шарики и жасмин
И сыпь их за борт.
Только оставь немножко себе.

 

 

 

Вверх

Copyright © 1999 Ural Galaxy